Андромаха (персонаж трагедии Ж. Расина)

Андромаха (Andromaque) — героиня трагедии Ж. Расина «Андромаха» («Andromaque» , пост. 1667, опубл. 1668). 

В сюжете трагедии Андромаха — вдова Гектора, предводителя троянцев в Троянской войне, которого убил Ахилл, пленница сына Ахилла Пирра. Если учесть, что на эту роль Расин пригласил в Бургундский отель лучшую актрису мольеровской труппы Т. Дюпарк (Du Parc, наст. фамилия Горла), которой в год премьеры (1667) было 32 года, можно предположить, что расиновской Андромахе около 30. Драматург, ставя основных героев трагедии перед одной и той же проблемой — выбором между долгом и чувством, противоречащим этому долгу, — создает конструкцию, в которой персонажи связаны друг с другом повторяющимися отношениями: Пирр любит Андромаху, но она не любит Пирра, она верна памяти Гектора; Гермиона любит Пирра, но он любит не ее, а Андромаху, которая любит Гектора; Орест любит Гермиону, но она любит не его, а Пирра, который любит Андромаху, которая любит Гектора. В этой цепочке только Андромаха любит того, кого любить велит ей долг. По концепции Расина, лишь в этом случае герой может спасти свою жизнь и возвыситься, в остальных же случаях, когда долг забыт, героя ждет несчастье и смерть. Именно так выстраивается сюжет «Андромахи».

Ни в одной трагедии Расина (кроме поздней трагедии «Эсфирь») центральный персонаж не находится на сцене в первом явлении, его появление всегда предваряется разговором о нем других персонажей. Андромаха не исключение. Впервые о ней упоминает Орест, который приехал с поручением забрать из Эпира сына Андромахи и Гектора, потому что ахейский мир видит в нем будущего предводителя своих врагов. Андромаха ввела в заблуждение греков, отдав им другого мальчика вместо своего сына — такова первая весть о главной героине (после поэмы Ронсара «Франсиада» сына Гектора и Андромахи Астианакса стало принято считать предком французских королей). Друг Ореста Пилад сообщает ему о том, что Пирр, царь Эпира, воспылал любовью к пленной Андромахе и о том, что она с презрением отвергает эту любовь. Пирр пустил в ход угрозы: «То повторяет ей, что будет сын убит, / То требует любви, ей царский трон сулит» (Акт I, явл.1; пер. И. Я. Шафаренко и В. Е. Шора), но пока не добился своего. Появившийся Пирр отказывается отдать сына Андромахи Астианакса, ссылаясь на то, что мать и сын — его военные трофеи, которыми он не намерен делиться. Наконец появляется Андромаха. На вопрос Пирра, не за ним ли она пришла, Андромаха твердо отвечает: «Нет, я иду туда, где заточен мой сын, — / Все, что завещано мне Троей и супругом» (Акт I, явл.4). В первых же ее словах содержится вся ее роль, позиция, которая не будет меняться, весь ее характер. Пирр то пытается запугать Андромаху, то сулит ей, что Астианакс займет троянский трон, лишь бы она полюбила его. Андромаха готова скорее погибнуть.

В следующий раз Андромаха появится лишь в середине III действия, но во II акте о ней говорят многие герои. Гермиона признается своей наперснице Клеоне: «Ах, мне бы так держаться, как она!» (Акт III, явл.1). О страсти Пирра к Андромахе говорят Гермиона и Орест. Пирр принимает решение отдать Астианакса грекам, не сломив сопротивления его матери. По его словам, Андромаха в ребенке видит Гектора. «Что ж, после этого оставить сына ей, / Чтоб Гектора она любила тем сильней?» — заключает Пирр (Акт II, явл.5). Первоначальная характеристика Андромахи подтверждается: она верна памяти мужа, любит сына и страдает от моральных истязаний, которым ее подвергает любящий ее Пирр, но готова до конца исполнить свой долг.

Всю первую половину III действия об Андромахе ни слова. Она появляется внезапно и бросается к ногам Гермионы, на которой Пирр решил жениться, с мольбой спасти сына, дать им возможность поселиться на каком-нибудь пустынном острове. Холодный ответ Гермионы заставляет Андромаху броситься к ногам Пирра. Тот готов защитить Астианакса только при условии, что Андромаха станет его женой. Андромаха вспоминает разгром троянцев, прощание Гектора с ней и с сыном (одно из самых лирических мест трагедии) и решает спасти сына во что бы то ни стало. Как? Она должна посоветоваться с Гектором.

В IV действии Андромаха впервые на сцене при открытии занавеса, она признается наперснице Сефизе: «Итак, решилась я пожертвовать собою. / Согласье я даю стать Пирровой женою; / Пусть обещания царя услышит храм, / Пред алтарем ему я сына передам, / И жизнь, которую ценить я перестала, / Мгновенно оборву при помощи кинжала» (Акт IV, явл.1). Она отдает последние распоряжения Сефизе и просит не выдать ее план слезами: «Сдержись, сюда идут. Утри же слезы с глаз. / Зависит от тебя судьба моя сейчас. /Царевну вижу я. Нам встречи с ней опасны. / Уйдем скорей!» (Акт IV, явл.1). Так неожиданно обрывается роль Андромахи Больше она ни разу на сцене не появится. И действительно, ее роль исчерпана: даже в самый трагический момент она сохранила силу духа, верность памяти мужа. Расину нужно еще полтора действия, чтобы развязать судьбы других героев, связанных цепочкой любви-нелюбви. Из рассказа Ореста выясняется, что все произошло, как задумала Андромаха, но Пирр, сделавший ее царицей, был убит пред алтарем греками во главе с Орестом, мстившими за оставленную Гермиону. Андромаха, чьи права признали эпирцы, побуждает их мстить грекам за нового мужа, «да и за прежнего попутно, может быть», как замечает Пилад (Акт V, явл.5). Андромаха, выполнившая свой долг, спасена, все другие герои, забывшие о долге под влиянием неразделенной любви, пришли к краху своей жизни: Пирр убит, Гермиона закололась, Орест утратил рассудок. Изображение торжества Андромахи на сцене снизило бы трагедийность произведения. Но есть и другая причина отсутствия главной героини в финале. Расин-психолог исследует проблему неразделенной любви как подлинной трагедии человека. Андромаха не исключение: ее любовь к Гектору не может быть реализована и делает ее несчастной независимо от того, пленница она или царица. Но изображение страдающей Андромахи противоречило бы философскому пафосу прославления верности долгу. Расин нашел наиболее точное художественное решение этого противоречия.

Основные источники образа Андромахи и сюжета трагедии в целом названы Расином в первом и втором предисловиях к «Андромахе» (1668 г. и 1676 г.). Это трагедия Сенеки «Троянки» (I в. н. э.) и эпизод из III кн. «Энеиды» Вергилия (I в до н. э.). Во втором предисловии Расин подчеркивает отличие своей трагедии от привлекавшейся им трагедии Еврипида «Андромаха»: «У Еврипида Андромаха боится за жизнь Молосса — это ее сын от Пирра. В моей трагедии о Молоссе не упоминается: У Андромахи нет другого мужа, кроме Гектора, и другого сына, кроме Астианакса. (...) Я сомневаюсь, что слезы Андромахи произвели бы на моих зрителей то впечатление, которое они действительно произвели, если бы она проливала их из-за сына, рожденного не от Гектора».

Образ Андромахи занимает определенное место в европейском художественном сознании с XV века и особенно популярен после появления трагедии Расина. Трагедия А. Дзено «Андромаха» легла в основу либретто нескольких ранних итальянских опер, в XVIII — начале XIX века композиторы А. М. Гретри, Н. Порпора, А. Саккини, Дж. Паизиэлло, Р. Крейцер и др. написали оперы, художники Ж. Л. Давид, Э. Вехтер и др. — картины об Андромахе. В XX веке К. Сен-Санс написал музыку к трагедии Расина, появились трагедии «Андромаха» Э. Поссарта, «Пирр и Андромаха» Ф. Брукнера.

Первая исполнительница роли Андромахи — Тереза Дюпарк (17.11.1667, Лувр, труппа Бургундского отеля, Париж), о которой Н. Буало сообщал: «Расин был влюблен в Дюпарк, которая была высокого роста и хорошо сложена, но не была хорошей актрисой. Он написал для нее “Андромаху” и сам прошел с нею эту роль: он заставлял ее повторять за собою стихи, как школьницу». В начале XVIII века покорила лиризмом и простотой в роли Андромахи Адриенна Лекуврер. Романтическую трактовку образ получил в исполнении выдающейся испанской актрисы Консепсьон Родригес (первая половина XIX века). Черты реальной женщины подчеркнула в Андромахе Агар (вторая половина XIX века). Ее сменила на сцене Комеди Франсез Сара Бернар, придавшая Андромахе черты декадентской взвинченности чувств в духе рубежа веков. В начале XX века заметным явлением стало исполнение роли М. Рош.

Текст: Расин Ж. Трагедии. Л., 1977. (Лит. памятники).

Вл. А. Луков

 Произведения и герои: Герои.