Вийон Франсуа

 

Вийон (Villon) Франсуа (настоящая фамилия — Монкорбье или де Лож, между 1.04.1431 и 19.04.1432, Париж, — между 1463 и 1491) — французский поэт, крупнейший представитель французского Предвозрождения. 

 

 


 

 

Франсуа Вийон. Иллюстрация в издании «Большого завещания», 1489 г.

 

В самой его судьбе воплощены черты переходного, противоречивого времени. Он был сыном бедной вдовы и, очевидно его воспитанием занимался его дядя-священник, от которого Вийон унаследовал фамилию. Он учился в Сорбонне и стал магистром искусств (1452), а через три года убил в драке священника Сермуаза, обороняясь от него, но так как Сермуаз перед смертью признал свою вину, Вийон был оправдан. Позже он связался с ворами и грабителями, не раз сидел в тюрьме, в 1463 г. был приговорен к повешенью за убийство, но казнь была заменена изгнанием из Парижа (после чего его следы теряются). Последнее упоминание о нем в доку-ментах — судебная мотивировка его высылки из Парижа, подписанная 5 января 1463 г., где говорится: «Принимая во внимание дурную жизнь...».

В то же время он участвует в поэтическом состязании с Карлом Орлеанским, представителем «риторической школы», демонстрируя поразительное поэтическое новаторство, развивая жанр баллады. Вийон написал знаменитые стихи, на тему «От жажды умираю над ручьем», которую для баллад задал сам Карл Орлеанский. Они известны под названием «Баллада поэтического состязания в Блуа» и приведены здесь в переводе И. Г. Эренбурга.

От жажды умираю над ручьем.

Смеюсь сквозь слезы и тружусь, играя.

Куда бы ни пошел, везде мой дом,

Чужбина мне — страна моя родная.

Я знаю все, я ничего не знаю.

Мне из людей всего понятней тот,

Кто лебедицу вороном зовет.

Я сомневаюсь в явном, верю чуду.

Нагой, как червь, пышней я Всех господ.

Я всеми принят, изгнан отовсюду.

Я скуп и расточителен во всем.

Я жду и ничего не ожидаю.

Я нищ, и я кичусь своим добром.

Трещит мороз — я вижу розы мая.

Долина слез мне радостнее рая.

Зажгут костер — и дрожь меня берет,

Мне сердце отогреет только лед.

Запомню шутку я и вдруг забуду,

Кому презренье, а кому почет.

Я всеми принят, изгнан отовсюду.

Не вижу я, кто бродит под окном,

Но звезды в небе ясно различаю.

Я ночью бодр, а сплю я только днем.

Я по земле с опаскою ступаю,

Не вехам, а туману доверяю.

Глухой меня услышит и поймет.

Я знаю, что полыни горше мед.

Но как понять, где правда, где причуда?

А сколько истин? Потерял им счет.

Я всеми принят, изгнан отовсюду.

Не знаю, что длиннее — час иль год,

Ручей иль море переходят вброд?

Из рая я уйду, в аду побуду.

Отчаянье мне веру придает.

Я всеми принят, изгнан отовсюду.

Видимо, Вийон занимался и постановкой мистерий. Маргинальность Вийона нашла художественное отражение в парадоксальном и пародийном началах его поэзии, использовании воровского жаргона. 

В 1456 г. Вийон написал «Лэ», поэму в 320 строк, получившую впоследствии название «Малое завещание» («Le petit testament»). Это монолог нищего студента, пародия на юридическое завещание. Вийон виртуозно владеет ритмом и рифмами, каламбурами, соединяет юмор, сатиру и лирический пафос, высокое и низкое вплоть до непристойного. 

Автор в эпоху Предвозрождения уже не скрывается за традиционными формами, он прямо заявляет о себе и, более того, информирует читателя о самом замысле и процессе создания произведения:

 

В год века пятьдесят шестой

Я, Франсуа Вийон, школяр,

Бег мыслей придержав уздой

И в сердце укротив пожар,

Хочу свой стихотворный дар

Отдать на суд людской, — об этом

Писал Вегеций, мудр и стар, — 

Воспользуюсь его советом.

(Пер. Ф. Мендельсона)

 

Позже Вийон написал «Большое завещание» («Le grand testament»), поэму в 2023 строки, в которую включил вставные баллады («О дамах минувших времен», «Парижские женщины» и др.). Здесь представлен целый мир низов общества, который едва ли не впервые в поэзии наделяется глубокими чувствами — неразделенной любви, тоски, предчувствия гибели, но эти чувства перемешаны с ироническим отношением к жизни и к людям, к самому себе, жизнерадостностью, карнавальностью. 

Уже у современников особое признание получила баллада «О дамах былых времен» («Ballade des dames du temps jadis»). В ней отразилась прикрытая иронией грусть от ухода целой эпохи прекрасных дам и рыцарских турниров, времен Абеляра и Элоизы, подвигов Жанны д’Арк. Каждая строфа завершается рефреном «Mais ou sont les neiges d’antan?», которым завершается и «посылка» — финальная часть баллады, по традиции содержащая обращение к принцу. Среди переводов на русский язык этой баллады выделяется перевод Н. С. Гумилева:

 

Баллада о дамах прошлых времен

 

Скажите мне, в какой стране,

Прекрасная римлянка Флора,

Архипиада… Где оне,

Те сестры прелестью убора;

Где Эхо, гулом разговора

Тревожащая лоно рек,

Чье сердце билось слишком скоро?

Но где же прошлогодний снег!

 

И Элоиза где, вдвойне

Разумная в теченьи спора?

Служа ей, Абеляр вполне

Познал любовь и боль позора.

Где королева, для которой

Лишили Буридана нег

И в Сену бросили, как вора?

Но где же прошлогодний снег?

 

Где Бланш, лилея по весне,

Что пела нежно, как Аврора,

Алиса… О, скажите мне,

Где дамы Мэна иль Бигорра?

Где Жанна, воин без укора,

В Руане кончившая век?

О Дева Горного Собора!…

Но где же прошлогодний снег?

 

Посылка

 

О принц, с бегущим веком ссора

Напрасна; жалок человек,

И пусть нам не туманит взора:

«Но где же прошлогодний снег!»

 

Наступает какая-то новая эпоха, неясная, в чем-то пугающая. Че-ловек ощущает новую степень свободы, и у Вийона это проявляется в постоянном присутствии автора в тексте: «Ему не паж и не слуга я...» (о епископе Менском); «Я, видно, грешен, всех грешней...»; «Мне жалко молодые годы...»; «Да, я любил, молва не врет...»; «О, господи, зачем весною / От книг бежал я в кабаки?! / Пишу я легкою рукою, / А сердце рвется на куски...».

Свобода легко сбивает человека с праведного пути. Поэтому Вийон голосами повешенных преступников призывает к милосердию по отношению к тем, кто с такого пути сбился («Баллада пове-шенных»). 

Он и сам постоянного с него сбивается, и за его веселостью про-ступает мысль о тяжкой ответственности за обретенную свободу, как в знаменитом «Четверостишии, которое написал Вийон, приговоренный к повешению» («Epitaphe Villon»):

 

Je suis François, dont il me poise

Né de Paris emprès Pontoise,

Et de la corde d’une toise,

Sçaura mon col que mon cul poise.

 

Я — Франсуа, чему не рад,

Увы, ждет смерть злодея,

И сколько весит этот зад,

Узнает скоро шея.

(Пер. И. Эренбурга)

 

Творчество Вийон выявляет специфику Предвозрождения: нетрадиционное понимание традиций средневековой культуры.  

Это нетрадиционное понимание прежде всего касается концепции человека и концепции автора, его роли в осмыслении мира и в выборе форм его воспроизведения. 

Вийон остается живым явлением французской литературы и культуры. 

 

 

 

Французская почтовая марка с изображением Ф. Вийона. 1946. 
(Ист.: www.philatelia.ru) 

 

Произведениями и необычной судьбой Вийона интересовались романтики (в частности, Т. Готье), символисты (П. Верлен, Т. Корбьер). В ХХ веке проводилась параллель между Вийоном и Ж. Жене. Писатель Франсис Карко (1886–1958) написал роман «Горестная история о Франсуа Вийоне», переведенный, в том числе, и на русский язык.

 

 

Обложка изд.: Карко Ф. Горестная история о Франсуа Вийоне. М.: Продолжение Жизни, 2003. 

 

Свободомыслие Вийона давно привлекало русских вольнодумцев. Очевидно, это его свойство чувствовал А. С. Пушкин. В одном из первых стихотворений Пушкина «Монах» (1813) есть обращение к И. С. Баркову: «А ты поэт, проклятый Аполлоном, // Испачкавший простенки кабаков, // Под Геликон упавший в грязь с Вильоном, // Не можешь ли ты мне помочь, Барков?». Это вольный перевод слов Буало о поэте-либертене Сент-Амане, характеристика вряд ли слишком отрицательная у Пушкина, который сам был близок к либертинажу (свободомыслию).

Знакомство русского читателя с творчеством Вийона в достаточно полном объеме произошло в 1916 г. благодаря переводам И. Г. Эренбурга. Позже в статье «Поэзия Франсуа Вийона» И. Г. Эренбург писал: «...Вийон — самый французский поэт Франции. Его стихи — ключ ко многим душевным тайнам этой страны.

 

Смеюсь сквозь слезы и тружусь, играя.

Куда бы ни пошел, везде мой дом,

Чужбина мне — страна моя родная,

Я знаю все — я ничего не знаю...

 

Часто я вспоминал эти строки, и читая современных поэтов Франции, и беседуя с парижскими рабочими, и глядя на поля близ Луары, то широкой, то обмелевшей, на поля необозримые и вместе с тем сжатые, может быть, деревьями, а может быть, невидимым присутствием людей, поля, в одно и то же время светлые и удивительно печальные. Французы улыбаются порой, когда им совсем не весело, и становятся грустными в минуту большой радости». 

 

 

Обложка изд.: Вийон Ф. Сочинения. М., 2004.

 

Широкую популярность в современной России получила песня Булата Окуджавы «Молитва Франсуа Вийона», в которой проведена параллель между мировосприятием французского поэта и русским сознанием новой эпохи:

 

«Пока земля еще вертится,

Пока еще ярок свет,

Господи, дай же Ты каждому

Чего у него нет:

Умному дай голову,

Трусливому дай коня,

Дай счастливому денег

И не забудь про меня.

 

Пока земля еще вертится

Господи, Твоя власть —

Дай рвущемуся к власти

Навластвоваться власть.

Дай передышку щедрому

Хоть до исхода дня.

Каину дай раскаянье

И не забудь про меня.

 

Я знаю, Ты все умеешь,

Я верую в мудрость Твою,

Как верит солдат убитый,

Что он проживает в раю;

Как верит каждое ухо

Тихим речам Твоим

Как веруем и мы сами,

Не ведая, что творим.

 

Господи, мой Боже

Зеленоглазый мой,

Пока земля еще вертится,

И это ей странно самой,

Пока еще хватает

Времени и огня —

Дай же Ты всем понемногу

И не забудь про меня».

 

Вийон — один из наиболее ярких поэтов, завершавших средневековье и открывавших путь в культуру эпохи Возрождения.

Он являет пример вхождения исторических личностей в число «вечных образов». Подтверждением этому стало появление популярного мюзикла «Вийон». 

 

Актер театра Романа Виктюка Фархад Махмудов в главной роли в мюзикле «Вийон» (2006, режиссер Валерий Меркулов).
(Ист.: www.berdichev.info). 

Вийон по праву может быть отнесен к числу французских писателей, создавших персональную модель литературного творчества, актуальную до наших дней.

Соч.: Oeuvres. P., 1957; Oeuvres. М., 1984 (паралл. фр. и рус.), то же — 2002; в рус. пер. — Стихи. М., 1963; Лирика. М., 1981; Большое завещание. М., 1982; Сочинения. М., 2004; Завещание. Харьков, 2009.

Лит.: Эренбург И. Г. Поэзия Франсуа Вийона // Эренбург И. Г. Французские тетради. М., 1958; Мандельштам О. Э. Франсуа Виллон // Мандельштам О. Э. Слово и культура. М., 1987; Пинский Л. Е. Магистральный сюжет. М., 1989; Косиков Г. К. Франсуа Вийон // Вийон Ф. Стихи / Œuvres (на французском языке с параллельным русским текстом). М., 2002; Его же. Комментарии, глоссарий, избранная библиография // Там же;  Кирнозе З. И. Вийон // Зарубежные писатели. Ч. 1. М., 2003; Gautier Th. Grotesques. P. 1844; Stevenson R. L. F. Villon. L., 1891 (на английском языке; французский перевод в журнале Europe. P., 1928); Paris G. F. Villon. P., 1901; Champion P. Villon. P., 1913; Champion P. Histoire poétique du XV-е siècle. T. 2. P. 1924; Kuhn D. La poétique de François Villon. P., 1967; Dufournet J. Recherches sur Le Testament de François Villon. T. 1–2. P., 1971–1973.

 

Вл. А. Луков,

М. В. Луков

 

Этапы литературного процесса: Возрождение: Предвозрождение и Раннее Возрождение. — Персоналии: Французские писатели. — Персоналии: Персональные модели во французской литературе.