Гермиона (персонаж трагедии Ж. Расина «Андромаха»)

 

Гермиона (Hermione) — один из центральных персонажей трагедии Жана Расина «Андромаха» (пост. 1667), спартанская царевна, дочь Менелая и Елены Прекрасной, невеста Пирра, соперница Андромахи, воз¬любленная Ореста, который ее любит безответно. Судя по тому, что Мари Шанмеле (Champmesle, наст. фамилия Демаре), с которой Расин проходил эту роль в 1670 г., вводя ее в спектакль Бургундского отеля, было 28 лет, Гермиона на 4–5 лет моложе Андромахи. Эту роль выбирали крупные трагические актрисы, так как Расин, наделив Гермиону всепоглощающим чувством любви к Пирру (не разрушив тем самым единство классицистического характера), обрисовал ее психологию как сложную, противоречивую, новаторски разрабатывая в этом образе принцип психологизма. Гермиона не менее важный персонаж трагедии, чем Андромаха, именно с ее решением связано развитие сюжета, приводящее к кровавой развязке.

Уже в самом начале трагедии Орест рассказывает своему преданному другу Пиладу о безответной любви к Гермионе и о той ревности, которая в нем вспыхнула, когда он понял, что она, отданная Менелаем в невесты Пирру в награду за его подвиги, любит своего жениха. Но увлеченный совсем другой страстью Пирр, «к гневу Гермионы, / Не предлагает ей ни сердца, ни короны...» (Акт I, явл.1; пер.И. Я. Шафаренко и В. Е. Шора). Противоречивые чувства Гермионы уже в этой реплике обрисованы: любовь переплетается с гневом. Но в I действии Гермиона не появляется.

Зато во II, где нет на сцене Андромахи, основную партию ведет спартанская царевна. Она противится встрече с Орестом: «Мой нынешний позор — Ореста торжество. / Сравнялся мой удел со жребием его» (Акт II, явл. 1), — говорит Гермиона своей наперс¬нице Клеоне. Неразделенная любовь для Расина — источник трагического, и роль Гермионы с первых же слов приобретает трагедийный пафос. Она — женщина крайностей: «Любила слишком я, что¬бы простить ему» (Акт II, явл. 1), говорит она о Пирре и начинает лелеять ненависть к нему: «Ах, ненависть в душе не сразу созревает: / Ей надо время дать сильней пустить ростки» (Акт II, явл. 1). Гермиона завидует тому, как держится Андромаха: «Но чувства я свои скрывать не научилась. / Моя любовь к нему из глаз моих лучилась», — сожалеет она (Акт II, явл. 1). Она отвергнута женихом, и только Орест, влюбленный в нее, может помочь ей избежать позора. В следующей сцене она пытается его уверить: «Вы тот, кого бы я хотела полюбить» (Акт II, явл. 2), просит Ореста передать Менелаю ее просьбу: или собрать греков и разбить Пирра, силой взяв Астианакса, или призвать дочь назад, в Спарту.

В III действии ситуация полностью меняется: оскорблен¬ный отказом Андромахи Пирр готов отдать Астианакса грекам и жениться на Гермионе. Она отбрасывает все сомнения: «Нет, я любима им, раз он решил жениться» (Акт III, явл. 3). Гермиона ликует, она холодно обходится с Андромахой, на коленях молящей ее о спасении сына. Расин как истинный классицист в конфликте долга и чувства всегда на стороне долга. Страсти, с которыми не может совладать герой, вызывают в нем страх и сострадание (компоненты аристотелевского катарсиса), но никак не оправдание. Герои расиновских трагедий «Андромаха», «Ифигения», «Федра» всегда выигрывают, если следуют долгу. Гермиона на вершине счастья, пока любит Пирра, брак с которым укрепляет позиции греческих государств и поэтому соответствует ее долгу перед родиной. Но как только она узнает о том, что Пирр все же женится на Андромахе, лютая ревность охватывает ее. Ревность вызывает гнев столь сильный, что внешне она безгласна, спокойна, молчалива. Права ее наперсница Клеона: «Несчастьями чреваты / Затишья пред грозой» (Акт IV, явл. 2). Гнев переходит в ненависть. Гермиона не владеет собой, она гонит от себя сознание, что ненависть — свидетельство непрошедшей любви. Такое понимание Расином чувств любящего человека — одно из ярких проявлений психологизма (см. Федра). Ненависть Гермионы к Пирру делают ее глухой к зову долга, и это приводит к трагической развязке.

В IV действии она призывает Ореста и, пользуясь его любовью, требует немедленно отомстить за нее Пирру: «Хочу я Пирра кровь увидеть. И тогда / Я ваша» (Акт IV, явл. 3). Именно Гермиона разрабатывает план убийства Пирра пред алтарем во время венчания с Андромахой. Она не доверяет расторопности Ореста и хотела бы сама вонзить кинжал в прежнего возлюбленного. Однако не случайно Гермиона так спешит: «Но если будет Пирр сегодня пощажен, / То завтра может стать мне снова дорог он!» (Акт IV, явл. 3). И она прямо признается Пирру, пришедшему с ней объясниться: «В моей душе любовь, увы, не умерла!» (Акт IV, явл.5). Тем с большей решимостью она хочет отомстить.

В V действии Гермиона, в отсутствии Андромахи, становится главным действующим лицом трагедии. Напрасные надежды на то, что Пирр может к ней вернуться, сменяются безудержным гневом и готовностью собственной рукой пролить кровь Пирра, если Орест на это не осмелится. Появление Ореста разрешает все сомнения: Пирр убит. Гениально описана противоречивая логика чувств Гермионы, в которой снова вспыхнула любовь к Пирру и которая обвиняет в убийстве Ореста: «Велела я, но ты, ты мог не дать согласья! / Могла просить, молить и требовать сто раз я, — / Ты ж должен был о том меня спросить опять, / И вновь ко мне прийти, верней — меня бежать» (Акт V, явл.3; пер. А.Оношкович-Яцыны). Из рассказа Пилада Оресту известен конец жизни Гермионы: она устремилась к храму, откуда выносили тело Пирра, «И, словно некоей слепой подвластна силе, / Свой извлекла кинжал, не разжимая губ, / Пронзила грудь себе и бросилась на труп» (Акт V, явл.5; пер. И. Я. Шафаренко и В. Е. Шора). Гермиона относится к тому новому типу классицистических героев Ра¬сина, о которых драматург писал во втором предисловии к «Андромахе»: «...Им надлежит быть средними людьми по своим душевным качествам, иначе говоря, обладать добродетелью, но быть подверженными слабостям, и несчастья должны на них обрушиваться вследствие некоей ошибки, способной вызвать к ним жалость, а не отвращение».

Источник образа Гермионы — «Андромаха» Еврипида: «Характер и поведение Гермионы — почти единственное, что я позаимствовал у этого автора...», — писал Расин во втором предисловии к трагедии.

Первая исполнительница роли Гермионы — Дезейе (17.11.1667, Лувр, труппа Бургундского отеля, Париж). Среди лучших исполнительниц роли Гермионы — М. Шанмеле (XVII век), ее последовательница в декламационной манере исполнения М. Дюкло, М. Клерон (XVIII век), Жорж, Э.Рашель (XIX век), великая русская актриса Е. С. Семенова (СПб., 1810). 

Вл. А. Луков

Произведения и герои: Герои.